Но какую же идею можно извлечь из этой мешанины фактов? Прежде всего ту, что у растений есть эндогенный, то есть внутренний, ритм какой-то жизненно важной функции, которая связана с началом цветения, и что этим ритмом они пользуются для измерения времени. Похоже на то, что фотопериодизмом растений управляет тот же самый механизм, от которого зависит и последовательность движений листьев. Механизм этот двухфазный: одна фаза у него светолюбивая, дневная, другая — темнолюбивая, ночная. Действия этих фаз прямо противоположны: свет, падающий на растение в течение светолюбивой фазы, стимулирует цветение; во время же темнолюбивой фазы он будет цветение только тормозить.

Много дней профессор Густав Крамер, работавший в Институте биологии северных морей в Вильгельмсхафене, размышлял над той изумительной точностью, с которой перелетные птицы находят дорогу к невообразимо далекой цели, и над той пунктуальностью, которая не позволяет им запаздывать ни на один день. Это действительно чудо: ласточки, возвращающиеся каждой весной в калифорнийский городок Сан-Хуан Капистрано, прилетают в день св. Иосифа — 19 марта. Там же в Калифорнии, в Сан-Хозе, в саду профессора Мейвальда, есть куст, на который из года в год садится белоголовая птичка зонотрихия, пролетев перед тем от своих гнездовий на Аляске три с половиной тысячи километров. Под стать этой зонотрихии ласточки, прилетающие в марте под крышу дома Гиви и Анико Гоциридзе в Лидзаве. Однажды игравшие во дворе дети попали мячом в гнездо ласточек как раз незадолго до их прилета. Каково же было смятение и отчаяние уставших с дороги птиц! Ведь им пришлось лететь от самого озера Чад. Бедные, они долго носились по двору и щебетали без умолку, пока в конце концов не догадались подыскать место для нового гнезда на другом конце Рыбзаводской.

А какой путь покрывает полярная крачка! Гнездится она в ста пятидесяти километрах от Северного полюса, а с наступлением осени отправляется в дальнюю дорогу — пролетает над Канадой, пересекает Атлантический океан, летит вдоль западного берега Африки и, обогнув мыс Доброй Надежды, берет курс к юго-востоку от Африки — на места своих зимовок. Почти четыре тысячи километров пролетает новозеландская бронзовая кукушка, направляясь через Тасманово море к Австралии, а оттуда на север — к архипелагу Бисмарка и Соломоновым островам. Самое поразительное, что юная кукушка, совершая такой перелет впервые, может проделать его в полном одиночестве, опередив на целый месяц своих престарелых родителей.